Почему прибалты носят эсэсовские кресты

Галина Сапожникова

- Вот ты пишешь трогательные истории про старый Таллин и рождественских гномиков, а потом в Эстонию едут наши туристы, тратят деньги и поддерживают таким образом их фашистский режим! – упрекнул меня один  коллега.

И я поняла, что это предел. И что, как бы я ни открещивалась, мне все равно однажды придется писать эту статью, зная, что она гарантированно не понравится ни Москве, ни Таллину. Давайте-ка спокойно разберемся: почему прибалтов подозревают в особой любви к Гитлеру…?

Что эстонцу хорошо, то русскому смерть?

Итак, что мы конкретно имеем в виду, когда называем Эстонию с Латвией (они всегда идут в паре из-за совершенно одинаковой истории. – Авт.) «профашистскими» странами?

Первое: то, что здешние жители чересчур похожи на немцев – не зря их всегда приглашали на роли гитлеровцев в советском кино. Они на самом деле выглядят, как самые настоящие арийцы, но эти претензии скорее следовало бы адресовать немецким баронам, на протяжении семи веков пользовавшимся «правом первой ночи». 

Второе: во время второй мировой войны эстонцы и латыши воевали на стороне фашистской Германии. Было дело. Получили потом свои 25 плюс 5, фактически отсидели по 10, после смерти Сталина вернулись в мирную жизнь. Никаким репрессиям больше не подвергались – мне называли даже имя одного председателя колхоза, получившего за ударный труд орден Ленина, но хранившего на чердаке железный гитлеровский крест. То есть солдаты вермахта были прощены даже советской системой.

Третье: в странах Балтии реабилитируется фашизм – по Риге спокойно маршируют легионеры, в Таллине бывшим эсэсовцам вручают награды. На уроках истории детям говорят, что, расстреливая военнопленных, их прадеды мстили за красный произвол. В общем, тихий ужас… Но прежде чем слать грозные ноты, следует разобраться, что за всем этим стоит: нацистская идеология, пропаганда или протестно-подростковая нелюбовь, вбитая в формулу: «Что Балтике хорошо, то России смерть»?

 

Историческая арифметика

Если я скажу, что за много лет жизни в Эстонии не встретила ни одного фашиста, это будет правдой. Если, наоборот, заявлю, что видела сотни, – это тоже будет правдой. Зависит от того, кого считать фашистом.

По данным самых продвинутых эстонских историков, на стороне гитлеровской Германии воевало в два раза больше эстонцев (70 000 человек), чем на стороне советской России (32 000). То есть арифметика такова: из каждого десятка встреченных вами на улицах Таллина эстонских стариков минимум семеро гарантированно являются самыми настоящими фашистами – в том понимании, которое в это слово вкладывает мир.

Веселой игрой – мысленно примерять на каждого из них немецкий мундир – я прекратила заниматься еще лет десять назад. Скучно стало.  Это в 90-м году, когда здесь стояли советские войска и ветераны вермахта на волне горбачевской демократии решили устроить слет, это казалось экзотичным. А потом седых солдат с железными крестами вдруг стало гораздо больше, чем стариков с красными звездами. Тот первый эсэсовский слет отменили по очень простой причине: за пару дней до его открытия по поселку ненавязчиво прошла колонна бронетранспортеров, и вопрос о проведении мероприятия отпал сам собой… После того как советские войска из Эстонии  вывели, подобных неувязок больше не возникало. Прах командующего 20-й дивизией СС Альфонса Ребане в 1999 году с помпой перезахоронили на самом престижном таллинском кладбище. Школьников начали обучать совсем  другой истории: «Добровольцы, вступившие в Эстонский легион, хотели не допустить новой советской оккупации». За 13 с половиной лет возрожденной эстонской независимости выросло уже
целое поколение, которое воспринимает этот посыл как догму. А прошлой осенью журналист государственного телевидения Вахур Лаури снял документальный фильм «Солдаты «Мертвой головы», который министерство обороны Эстонии разослало по школам в качестве учебного пособия по военно-патриотическому воспитанию. Главного героя (собирательный образ) автор нарек Альфонсом по аналогии с именем командующего дивизией СС, дабы ни у кого не оставалось сомнений, с кого именно он списан. Через 60 лет после войны этот мифический Альфонс превратился в  сентиментального старика, получающего достойную пенсию – не в пример другим,  о ветеранах вермахта эстонское государство заботится хорошо. 

 

Забытая мелодия для флейты

…Наблюдаю, как один из героев  этого фильма, 80-летний зенитчик Эстонского легиона Кальо Йоост, наливает мне кофе, и внутренне улыбаюсь, представляя глаза своих московских коллег… А в Таллине фактом интервью с бывшим солдатом вермахта никого не удивишь. Разве что деталями: Йоост, например, почти всю войну носил в своем вещмешке флейту. И в перерывах между зенитными залпами, когда немецкие и советские войска стояли по обоим берегам реки Наровы, тихонечко наигрывал мелодии. А с другого, советского, берега ему отвечала гармошка… Вот такой романтичной  кажется война в 18 лет.

Я, собственно, почему решила его разыскать: этот ветеран с застенчивой улыбкой интеллигента и консерваторским дипломом разительным образом отличался от всех своих собратьев. Ему-то как раз немецкий мундир категорически не шел! 

- Вы бы, конечно, не пошли в Эстонский легион, если бы у вас была возможность переписать свою жизнь заново? – расчувствовавшись, спросила я его.

Но с его губ неожиданно срывается резкое немецкое: «Найн!»

- Я бы в любом случае был в рядах тех, кто боролся за свободу Эстонии! – деликатно продолжает он на эстонском. 

Знаете, в чем заключается главная «фишка» фильма «Солдаты «Мертвой головы»? В том, что в нем подтверждается следующее: большинство эстонцев, служивших в Waffen-SS,  этот свой выбор сделали добровольно! При том, что немцы в исторической перспективе являлись для них  куда более ненавидимыми врагами, чем русские, потому как правили целых 700 лет, а мы – только 200. Что же такое должно было с эстонцами произойти, чтобы в 1941-м они так резко поменяли ориентиры? И что с ними происходит сегодня?

 

Потерявшееся поколение?

С молодежью и стариками-эсэсовцами-то как раз все ясно. Первые являются жертвами  пропаганды, вторые оправдывают пройденный путь.

Гораздо более интересны те, кому сейчас 30, 40 и 50 и кто в первой части своей жизни верил совсем другой версии истории, а сейчас вдруг кардинально изменил взгляды.

Смотрю видеозапись  народных волнений в местечке Лихула и диву даюсь: спокойные, как танки, эстонцы молотят кулаками по пластиковым щитам эстонских же полицейских и громко кричат: «Товарыш! Ты не эстонец, ты – русский!» Полиция, обороняясь, пускает перечный газ…

 

В конце августа 2004 года здесь установили памятник эстонским солдатам, воевавшим на стороне гитлеровской Германии «против большевизма», как гласит надпись на плите. В угоду Евросоюзу ее малость подкорректировали – до этого планировалось выбить «Павшим за свободную Европу». Маленькое поселковое кладбище успело стать местом паломничества – сюда спешили иностранные туристы, дабы запечатлеть себя на фоне явного исторического недоразумения. Как чувствовали, что спустя 13 дней по приказу премьер-министра Эстонии Юхана Партса                               памятник снесут. Пришлют под покровом ночи красный кран с русским крановщиком Ласточкиным, несколько полицейских экипажей и… столкнутся с беспрецедентным сопротивлением местного населения. Сейчас опустевшее кладбище украшает деревянная табличка «Здесь был памятник эстонским борцам за свободу», к которому местный люд продолжает нести цветы.

Ходят экскурсии и к другому приметному месту – будущему музею Waffen-SS, который собирается устроить в собственном доме в Пярну сорокатрехлетний бизнесмен Лео Таммиксаар.  Владелец самой богатой в Эстонии коллекции эсэсовской амуниции даже водрузил на крышу настоящую зенитную пушку, вывезенную из Германии, – чтобы его дом нельзя было перепутать с другим. 

- А вы не боитесь, что какой-нибудь русский ветеран устроит вам теракт? – осторожно поинтересовалась я.

- Вот и хорошо! – обрадовался он. – Вот тогда весь мир и узнает, что такое на самом деле коммунистический террор!

- Но под завалами дома-музея могут оказаться ваши дети!

- А что делать? – Ответ Таммиксаара звучал почти обреченно. – Кто-то же должен пострадать за правду…

Хочет ли за эту правду страдать его жена, мне выяснить не удалось.

Но с чего вдруг целое поколение эстонцев, успевшее побывать в октябрятах и пионерах, развернуло флюгер на 180 градусов?

Наверное, дело не только в том, что этому поколению неожиданно стало стыдно за то, что в  детстве оно маршировало под красными флагами.Вот например Арнольду Рюйтелю или Андрусу Ансипу  не стыдно же за то, что они были один секретарём ЦК ,а другой секретарём Райкома КПСС! Значит, должна быть какая-то другая причина, простая и ясная, расставляющая все по своим местам…

Продолжение следует…